За шесть тысяч старых франков

30 Апрель 2013. Категория: Статьи о боксе

За шесть тысяч старых франков...Крики любителей карате вонзаются в ночь, как удары кинжалов. Чемпион Франции по стрельбе из лука тренируется, кувыркаясь на ковре. Молодая женщина делает бесконечные упражнения с наклонами.
В спортивном зале Эмиля Бюччелато занимаются серьезно. В атмосфере, во всей обстановке царит дух общей сосредоточенности и старательности. На стенах — афиши о спортивных встречах.

Расписания занятий висят у входа на специальном панно. Пахнет примочками, потом.

Владелец помещения, он же инструктор — менеджер бокса и специалист по физическому воспитанию, награжденный медалью Министерства по делам молодежи и спорта, поспевает во все углы своего маленького спортивного мира. С ним работают три человека: помощник, постоянный руководитель занятий и сторож.

Через минуту Эмиль дает мне понять, что он свободен. Физкультурный зал продолжает жить в том же ритме.
Мы проходим в маленький салон, где совсем другая обстановка. Здесь в большом комфорте работает молодая Жена Бюччелато, косметичка.

В разговоре с бывшим чемпионом Северной Африки в среднем весе не нужно ходить вокруг да около. Тем более что он готов к этой беседе уже давно.

Наша предварительная встреча в раздевалке во время большого боксерского вечера была краткой.

— Рад с вами познакомиться, приходите ко мне в зал, когда захотите, там поговорим.

Сейчас Бюччелато начинает беседу без всяких предисловий.

— Нам говорят, что мафия существует в Америке. Как же назвать то, что творится у нас?!

После этого восклицания, вызванного многими годами притеснений, он уже спокойнее продолжает:

— Моим менеджером был Кид Марсель, связанный с Филиппи. Впрочем, мы и тренировались в зале Филиппи. Знаете, я никогда не видел ни одного своего контракта. Только после того, как я перешел к Дюпену, мне как-то сказали: "Иди подпиши контракт".

В тот раз лишь после разъяснений господина Дюпена я понял механизм бокса, и в частности обязательства, налагаемые контрактом.

Во Франции Бюччелато встречался с очень сильными боксерами, что и повлекло за собой конец его карьеры.

— Я выступал в Центральном зале за десять тысяч старых франков. Минус 33 процента — остается меньше семи тысяч...

Эмиль описывает обстановку, взаимоотношения инструкторов с учениками.

— Мне говорили: выступаешь в такой-то день. Я спрашивал: против кого, ведь нужно подготовиться к бою. Ответ у Филиппи всегда один: "Ты боксер или нет? Придешь, увидишь с кем!" Такая организация дела — или пан или пропал — возмущала его до глубины души.

В разговоре переходим к настоящему, и Эмиль признает, что кое-что изменилось.

— При Жане Летесье дело пошло лучше. Он их немного сдерживает и тем спасает нас.

Бывший чемпион качает головой:

— Но пока существуют филиппи, бретоннели, жоверы, все эти привилегированные суперменеджеры, несправедливость будет торжествовать.

Большинство боксеров идет к ним. Понятно, почему предприниматели и суперменеджеры работают вместе.

Зазывалы тоже стараются вовсю. Они пролезают даже в маленькие спортивные залы. По вечерам подходят к боксерам во время боев в зале Ваграм, во Дворце, в Зимнем цирке и в других местах.

— Где ты сейчас? Я видел вчера твой бой. Очень здорово, браво! В каком зале ты тренируешься? А, ты у такого-то... это маленький менеджер. Переходи к нам. Тебе будут хорошо платить. Даже если ты не выступаешь, получишь 80 тысяч в месяц.

Деньги, деньги, всегда деньги. Это ловушка. Ребята в них нуждаются и уступают.

...Все, что может сделать маленький менеджер, если он не в сговоре с предпринимателями, идет прахом.
Эмиль Бюччелато не открывает Америки. Но у него хватает смелости сказать громко то, что многие менеджеры скрывают. Чаще всего из страха. Крепость предпринимателей, "мафия", как называет ее собеседник, кажется неприступной. Их методы давления и принуждения заставляют задуматься. Так же как некоторые методы вербовки.

— Крупный менеджер посылает нескольких вербовщиков на разведку в "Чрево Парижа" ("Чрево Парижа" — центральный оптовый рынок города, в настоящее время ликвидирован). Те ищут физически крепких парней, заговаривают с ними, беседуют о спорте, особенно о боксе, делятся своим опытом, предлагают теплое местечко, обещают блестящее будущее, деньги...

Иногда им везет. Находят какого-нибудь нового Уртайна, эдакого 25-летнего подносчика камней с тугими мускулами, который больше подходит для занятий тяжелой атлетикой, нежели для "благородного кулачного искусства". Подносчик камней, носильщик туш с рынка... Торговцы человеческим мясом ищут гладиаторов.
Правдивая история, которую рассказывает Эмиль Бюччелато, прекрасно иллюстрирует нравственные принципы царящих ныне менеджеров.

Жил-был большой менеджер. Вызывает он к себе однажды маленького и предлагает организовать бой для трех его боксеров. Справляется, каковы условия? Маленький называет сумму.

Назавтра большой менеджер звонит ему по телефону: согласен, о’кей. Но с одним условием: каждый из боксеров получит на 10 тысяч старых франков больше запрошенного, и эти "лишние" деньги следует ему отдать.

Маленький менеджер со своими боксерами отправляется в Лаваль. Вес одного из спортсменов оказывается выше предусмотренного. От менеджера требуют оплатить неустойку.

— Нет! — заявляет он. — Наши ставки и так невысоки.

— Как, — возмущается местный организатор, — вы заявляете, что оплата невысока, это чересчур, ведь она составляет столько, столько и столько!

Маленький менеджер молчит, открыв рот.

— Уверяю вас, — произносит он наконец, — мы никогда не требовали таких денег.

Оба приходят в себя: они понимают, что посредник оказался жуликом. Но разве когда-нибудь провинциальный организатор или мелкий парижский менеджер устанавливали законы (и цены) наперекор крупному менеджеру?

Вернувшись в столицу, менеджер против своей воли посылает дельцу 30 тысяч старых франков.

К его изумлению, тот звонит по телефону: "Вы забыли добавить к 30 тысячам франков обычные десять процентов за посредничество".

Четко и сухо. Возмутиться? Но к чему это приведет? Кто ему поможет? Кто после этого возьмется организовывать встречи для его трех парней?

И менеджер с отвращением отправляет воротиле десятую часть с заработков двух боксеров — ведь третий не получил и 60 тысяч старых франков. Он полагает, что ненасытный посредник удовлетворится этой долей. И так слишком значительной для человека, который все организовал по телефону, не сходя с места.
Несколько дней спустя раздается новый звонок: "Слушайте, я уезжаю в Штаты и хотел бы урегулировать наши расчеты до отъезда. Вы остались мне должны 10 процентов с заработка одного боксера, то есть шесть тысяч франков". Так действуют некоторые из этих "отцов родных".

Крупный менеджер смошенничал трижды. Он одурачил и обокрал провинциального организатора, маленького парижского менеджера и его трех боксеров. Затем со спокойной совестью уехал в Америку договариваться о делах стоимостью в несколько десятков миллионов. И никто не осмелился на него пожаловаться.

"Бокс и бизнес". Ролан Пассеван