Секретное досье (Часть 3)

18 Август 2013. Категория: Статьи о боксе

Часть 2. После свидания в ноябре в Лезенне отношения между президентом федерации и техническим советником стали прохладными. Но никто не сомневался, что Вианей остался крупной фигурой в ФФБ.

Мы встречаемся с ним около четырех часов в его владениях. Улица Нолле, 62 — скромный дом в верхней части XVIII округа столицы, где размещается федерация. Здесь и состоится это чрезвычайное собрание, которое продлится чуть ли не пять часов.

Члены совета федерации располагаются в глубине зала за подковообразным столом. Эмиль Гремо сурово осматривает присутствующих, его взгляд задерживается на сидящих рядом с ним. Справа — представитель верховного комиссариата по делам спорта Обер и члены совета. Слева — три врача: вице-президент Брандон, главный врач ФФБ Фавори и Кальве.

Жильбер Бенаим сидит в правой стороне зала, возглавляя компанию менеджеров. Рядом с ним — Жан Бретоннель, Роже Окинаренн, Анри Барба и другие.
Остальная публика — журналисты и несколько боксеров. Среди последних Шарль Юмез, Жерминаль Балларен, президент, и Фернан Морен, ответственный секретарь Национального союза боксеров-профессионалов, который никак не может выйти из-под влияния патронов — крупных менеджеров. Отсутствуют два человека, и притом влиятельные: Филипп Филиппи и Жан Траксель. Они, несомненно, слишком уязвимы.

Президент Гремо объявляет заседание открытым. Он сообщает о хронологическом порядке конфликта. Напоминает о двух просьбах менеджеров: переходе любителей, достигших 18 лет, в ранг профессионалов и реорганизации комиссии профессионалов с включением в нее 15 менеджеров и двух боксеров.

Жильбер Бенаим получает слово первым, ловко использует это, но вскоре допускает тактическую ошибку. Он "вкалывает бандерильи", сравнивая условия, в которых выступают профессионалы, с длительными соревнованиями любителей, такими, как Олимпийские игры. Это явно не нравится техническому советнику.

Из уст бывшего менеджера Боба Омара эти аргументы звучат особенно грубо и цинично. Впрочем, через несколько месяцев нам их зачитают из нового документа группы менеджеров: "Встречи между профессионалами организуются с учетом физической силы соперников и с согласия каждой стороны, тогда как в любительских состязаниях боксеры чаще всего встречаются с неизвестными партнерами".

Нужен невероятный апломб, чтобы отстаивать такое совершенно беспочвенное суждение!

Все взгляды направлены на советника федерации, которому президент предоставляет слово.

Вианей ищет взглядом кого-то в зале, находит и, делая заметное усилие казаться спокойным, обращается к Шарлю Юмезу, тщательно выговаривая слова:

— Приз "Золотые перчатки Чикаго", Шарль, был самым прекрасным воспоминанием в твоей жизни боксера. Ты мне сам об этом говорил. Значит, существуют не только деньги. Есть еще радость победы и славы.

Удивленный Юмез делает какой-то жест. Привстав, он бормочет:

— Да, господин Вианей, это была большая радость, но я зарабатывал на жизнь и раньше не так уж плохо...

Слабая улыбка скользит по лицу Вианея. Не желая злоупотреблять смущением боксера (работающего у Филиппи) и, очевидно, пришедшего сюда по его приказанию, технический советник спокойно замечает:

— Если бы ты стал профессионалом в 18 лет, ты бы мог надорваться и не сумел бы завоевать приз.

У Юмеза нет защиты. Он пропускает удар и признает:

— Очень может быть.

Фернан Вианей выигрывает очко и бросается в бой с Бенаимом.

— Вы привели нам, господин Бенаим, пример необычайно способного центрфорварда сборной Италии по футболу в возрасте 18 с половиной лет и сказали, что если бы он был французом и боксером, то числился бы любителем.

Но вы забыли, что, если бы тот футболист был боксером у себя в Италии, он также был бы любителем. Потому что итальянский закон не разрешает заниматься профессиональным боксом лицам, не достигшим 21 года.

Поймав противника на ошибке, Вианей на мгновение умолкает, затем продолжает:

— Футболисты или велосипедисты-профессионалы действительно могут выступать с более раннего возраста. Но бокс в сравнении с футболом или велосипедным спортом гораздо более жестокий спорт, и это нельзя игнорировать. Плохо подготовленный футболист не может бежать за мячом.

Нетренированный велосипедист слабо жмет на педали. А боксер получает удары. Это все-таки другое дело и другие последствия.

Затем технический советник перешел к обвинению. Соображению о нехватке спортсменов, высказанному Бенаимом, он противопоставил такую мысль:

— Падение числа боксеров имеет несколько причин. Война в Алжире, которая поглотила четыреста тысяч молодых людей, и среди них многих спортсменов. Не участвуют в соревнованиях спортсмены Туниса, Марокко, значительно сократились поступления молодых боксеров из Алжира по причине военных действий. К тому же слишком многие боксеры были и продолжают оставаться жертвами постыдной эксплуатации со стороны некоторых менеджеров. Боксу больше не учат или учат плохо и вместе с тем неподготовленного или плохо подготовленного боксера посылают в бой.

Конечно, есть честные тренеры и менеджеры. Но нельзя не сожалеть о том, что, какую бы ошибку ни совершил менеджер, коллеги всегда защитят его, ибо они взяли за правило защищать незащитимое.

В углу менеджеров зашевелились. Невозмутимый Вианей продолжал:

— Нам только что привели удачные примеры с чемпионами, ставшими профессионалами до 20 лет. Но прежде чем делать серьезные выводы, необходимо произвести тщательное исследование. Надо бы найти всех боксеров, выступавших за последние 20, 30 и более лет, и получить у них ответы на следующие вопросы: сколько спортсменов стало профессиональными боксерами? сколько человек из этого числа, закончив профессиональную карьеру, сумели обеспечить свою жизнь в старости? сколько спортсменов, оставив бокс, вынуждены были за неимением средств начать все с начала? сколько боксеров оказалось в долгах?

Такое расследование показало бы, что бокс, возможно, является хорошей профессией, но не для тех, кто боксирует! Продолжение статьи...