Дитя "Синг-Синга" и другие

14 Декабрь 2013. Категория: Статьи о боксе

Чарлз Сонни Листон"Господи, меня обокрали!" Это были первые слова, которые услышал Чарлз Сонни Листон с того момента, как он стал чемпионом мира. "Битва века", запланированная на пятнадцать раундов и рекламировавшаяся в течение почти целого года, завершилась, едва успев начаться. Зрители, уплатившие по 100 долларов за удовольствие лицезреть поединок, "подобного которому еще не видел свет", так ничего и не успели рассмотреть. Два страшных хука Листона возвестили о появлении двадцать второго абсолютного чемпиона мира по боксу.

Один из его предшественников — Джеймс Джеффрис — до начала боксерской карьеры был котельщиком, другой — Джек Джонсон — чернорабочим, третий — Джек Демпси — шахтером, четвертый — Джин Танни — солдатом. Были среди чемпионов мира докеры и матросы, фермеры и кузнецы, поденщики и безработные. Не было лишь уголовников. Чарлз Сонни Листон, для которого федеральная тюрьма "Синг-Синг" была родным домом, восполнил этот пробел.

"Американцы получили чемпиона, которого они заслуживают, — писал западногерманский журналист Херрман Шталь.— Победа Листона, если смотреть широко, — это
подлинная американская трагедия. Ни один молодой человек не поверит теперь, что в этой стране для достижения мировой славы необходимо быть честным. Более того, кормчии американского профессионального бокса твердо усвоили, что для богатства и власти совершенно необходимо быть нечестным".

Текс Риккард, Майк Джекобс, Джеймс Джонстон выжимали все соки из боксеров, они обманывали и обсчитывали их, подвергали самой бесчеловечной эксплуатации. Но все это делалось, так сказать, в рамках уголовного кодекса Соединенных Штатов Америки, допускающего любое преступление, если оно не является прямой кражей, убийством, подкупом или насилием. Для наследников Риккарда и Джекобса эти рамки оказались тесными.

Первый и наиболее влиятельный из этих наследников — Джеймс Норрис не привык размениваться на мелочи. От своего отца, "короля" семенной пшеницы, он получил в наследство пустячок в сто миллионов долларов и хватку истинного бизнесмена. Джеймс Норрис стал директором Вест-индийской сахарной корпорации, владельцем компании зерновых культур, директором пищевого треста, хозяином чикагского национального банка, железных дорог, пароходов, стадионов. Перекупив у стареющего Джекобса акции "боксерской конюшни" "Двадцатый век — спортинг-клаб", он основал так называемый "Интернейшнл боксинг-клаб", или, короче, Ай-Би-Си. Норрис поставил дело на широкую ногу. В отличие от своих предшественников, он не ограничился доходами от продажи входных билетов на матчи, а начал перепродавать право трансляции боев по телевизионным каналам на экраны специальных телетеатров.

Далее он принялся за расширение и упрочение своей империи. Являясь владельцем нью-йоркского "Мэдисон сквер-гардена" и многих других крупнейших залов, он ставил менеджеров и боксеров в зависимое положение, диктовал, кому и с кем следует встретиться, кто и в каком раунде должен одержать победу.

К началу пятидесятых годов все без исключения бои на звание чемпиона мира во всех весовых категориях проходили под контролем Норриса и его Ай-Би-Си. Никто не мог противиться воле этого человека. Правда, два сильных боксера — Винче Мартинес и чемпион мира в среднем весе Кид Гавилан — попробовали бунтовать. Они уехали из США в Мексику, а затем в Канаду. Но не сумели найти там ни одного соперника, ни одного зала для тренировок или выступлений: у Норриса были длинные руки. В конце концов Мартинес бросил бокс, а Гавилан вернулся в США, где его заставили драться с Джонни Сакстоном. В этом бою Гавилан делал с соперником все, что хотел. Фактически ему приходилось драться не только с Сакстоном, но и с судьей, который вмешивался, как только замечал, что над Сакстоном нависает угроза нокаута. Победа Гавилана была полной и бесспорной, но судьи не колеблясь отдали ее Сакстону. Лишь один из них — некто Панталео объявил матч ничейным, за что и был навсегда лишен возможности судить боксерские встречи. Титул чемпиона мира перешел к Сакстону, но не принес ему счастья. Сакстон не угодил чем-то своему хозяину, был выброшен на улицу и вскоре за мелкую кражу попал в тюрьму. Продолжение...