Тео Нолле. Заключенный № 507545 (Часть 2)

01 Август 2013. Категория: Легенды бокса

Начало статьи. Время идет быстро. Траксель, по совместительству предприниматель Центрального спортивного клуба Парижа, организует дебют своего нового подопечного 12 декабря в бою с Сикарелли. Начало быстрое и неудачное. Однако первое поражение по очкам не обескураживает Тео. Боксер все чаще выступает на ринге.

В 1952 году Траксель организует для Нолле 19 боев. В среднем каждые 19 дней — бой. На самом деле промежутки между боями реже, если учесть бездействие в межсезонье.

Тео не изнежен. Но головные боли и страх потерять зрение заставляют его обратиться к врачу. В ноябре 1952 года доктор Фавори, официальный врач ФФБ, осматривает Нолле и утверждает: "Превосходное зрение — десять десятых в правом глазу и две десятых — в левом; недостаток зрения в левом глазу можно считать врожденным".

Нолле разрешено продолжать выступления. В 1953 году темпы средние — 12 матчей. Но последний бой с Бурауа 20 декабря в Сент-Этьене кончается плохо: нокаут в четвертом раунде.

Кроме зрения, Нолле беспокоит еще одно обстоятельство. Уезжая из Фор-де-Франса, он мечтал стать богатым, чтобы помочь семье. А богатства все нет.
Жан Траксель не очень щедр, к тому же он постоянно задерживает выплату денег. Тем не менее, Тео помогает ему и вне ринга. Траксель не обращает внимания на слабое зрение своего подопечного, но зато не забывает о его работоспособности. И Тео берется за мастерок каменщика. Он помогает хозяину в устройстве баскетбольной площадки.

Надо только послушать рассказ слепого в феврале 1957 года об эксплуатации, которой он подвергался.

— Я участвовал в 46 боях, Траксель уплатил лишь за половину. Никогда не получал я и вознаграждения, поступавшего от зрителей и болельщиков.

Господин Траксель заставил меня сниматься в кино. В течение месяца я участвовал в съемках фильмов "Ярость тела" и "Адам и Ева". Мне пришлось боксировать с "Евой" перед камерой, но вначале надо было научить актрису драться. Вот это была работа! Я не получил за съемки ни сантима. Ни одного!

Господин Траксель поручил мне тренировать известных боксеров: Рэя Фамешона и чемпионов мира Перси Бассета и Сэнди Сэдлера. Обычно они платили спарринг-партнеру по три тысячи франков за раунд. Каждый вечер я проводил два-три раунда. Господин Траксель ни разу не дал мне за это ни сантима. Ни разу!

Это можно было назвать планомерной эксплуатацией. Каменщик — бесплатно. Актер — бесплатно. Спарринг-партнер — бесплатно. Боксер — за полцены. Его зрение скоро тоже не будет стоить и сантима...

В 1954 году в зале Элизе-Монмартр в бою с талантливым боксером Совером Шиокка с Нолле происходит настоящее несчастье.

Траксель сидит в углу Нолле, а Шиокка в своем углу слушает советы Бретоннеля.

— Понимаете, Жан Бретоннель знал о моем больном левом глазе. И дал боксеру соответствующие советы.

Шиокка делал шаг вправо, чтобы стать на то место, которое я едва различал, и бил правой, которую я не видел. Шаг направо — удар правой... Шаг направо — правой!

В тот вечер Тео Нолле очень жаловался на глаз. Драться становилось все тяжелее. Лечение, которое предлагает Траксель, только сбивает мартиниканца с толку.

— Он часто давал мне маленькие серые таблетки перед выходом на ринг, так как считал, что я слишком апатичен. Таблетки меня возбуждали. Я нервничал и из-за этого ошибался. В такие моменты я действовал как сумасшедший.

Таков менеджер: никакой материальной поддержки, но зато допинг, мало-помалу разрушавший здоровье спортсмена.

Тео Нолле понял, что его обманывают, с того дня 1953 года, когда Жан Траксель, уверовавший в привычную для него систему эксплуатации, совершает ошибку.

— Господин Траксель всегда говорил, что у меня не было контракта, что бой устраивает другой менеджер, что речь идет о разовом соглашении, и я верил.

Но как-то мы поехали в Италию, где я выступил против Фузаро в десяти раундах. Это происходило в Казале Монферрато 30 ноября 1953 года. Господин Траксель, как всегда, рассказывает мне обычную историю, я соглашаюсь. Кажется, речь шла о 30 тысячах франков, точно не помню. Договора якобы у меня не было.

В действительности же договор существовал, но менеджер забыл его подписать — он всегда это делал без моего ведома,— и организатор матча позвал меня, чтобы выполнить формальность.

Тогда-то я понял все. Сумма, стоявшая в договоре, была значительно выше названной мне господином Тракселем. Стало ясно, что меня обворовывали.
Так обворованным он и останется до конца своей спортивной карьеры, которая завершится в миланском Дворце спорта 27 декабря 1954 года.

Этот день он никогда не забудет. Ужасный бой с итальянцем Серджио Миланом. Зрение Тео все хуже. Он страдает физически и морально, сознавая, что окончательно проигрывает битву за жизнь, что не только не сможет помочь своей семье, но и сам попадает в беду.

После окончания боя Нолле пришлось вести. Он ничего не видит. В правом глазу без конца мелькают черные мушки и языки пламени.

— Это ничего,— говорит ему Траксель,— у тебя кровоизлияние в глазу, оно пройдет, вот капли.

Капли до смешного бесполезны. Карьера "надежды Мартиники" заканчивается. Понадобилось всего четыре года, чтобы уничтожить юного чемпиона. Но самое тяжелое впереди.

Тео Нолле безуспешно ищет работу — мешает слабое зрение.

Время от времени он встречает Жана Тракселя. Спустя четырнадцать месяцев после матча в Милане менеджер ведет Нолле к доктору Фавори, который дает ему рекомендательное письмо к врачу Мораксу. С 15 июня по 19 июля 1956 года Нолле лежит в больнице Сент-Антуан. Несмотря на операцию, надежд мало. Слишком тяжелое заболевание, время упущено.

Когда Тео Нолле, подопечный префекта Мартиники, Шарлеманя и Тракселя, возвращается в свою маленькую комнату в Монтрей, он не один. У него теперь есть проводник, на которого он может опереться с доверием... белая трость слепого. Продолжение тут...