Джо Луис

31 Май 2012. Категория: Легенды бокса

Джо ЛуисВ 1949 году абсолютным чемпионом мира по боксу среди профессионалов был еще Джо Луис. "Коричневый бомбардировщик из Детройта", как обычно называли Луиса, долгие годы оставался непобедимым. О нем ходило много легенд. Еще и сегодня вспоминают о его боях с Примо Карнерой, с Максом Шмелингом...

Биография Джозефа Луиса Барроу напоминает отрывок из полного грусти негритянского романа. Детство его было безрадостным. Джо родился 13 мая 1914 года около небольшого городка Лафайетт в штате Алабама. Отец его, Манн Барроу, был чернорабочим на хлопковой плантации. Приходилось работать всей семье: собирали белую пыль. Работали до изнеможения, чтобы прокормить себя: в огромной семье Манна Барроу было восемь детей. Джо был седьмым. Случалось, что в убогом, покосившемся домике не могли наскрести нескольких центов, чтобы купить хлеба. И однажды отец не выдержал. Манн Барроу, человек могучего телосложения, "сломался" от напряжения. Денег на лечение не было, и Манна взяли в больницу для бедных, где он скончался от психического расстройства. Маленькому Джо тогда было три года.

Американская действительность не сулила малышу ничего доброго. Тогдашний президент Вудро Вильсон — тот самый, кого теперь в США называют основоположником "капитализма с человеческим лицом",— вовсю насаждал сегрегацию, искореняя даже те зачатки расового равенства, которых добились предшествовавшие поколения негров.

Вскоре Лили Барроу второй раз вышла замуж — за вдовца Патрика Брукса. Две семьи стали жить вместе. У Джо стало одиннадцать братьев. Но и отчим был не в силах содержать семью, переехавшую в Детройт, где работу находили лишь белые и где маленький Джо вкусил горечь благотворительных похлебок для бедняков. Вместе со своими сверстниками он ворует фрукты из грузовиков, зайцем юркает в кино, когда отворачивается контролер.

В шестнадцать лет Джо закончил шестой класс. Живя в Лафайетте, он не учился и поэтому пошел в школу переростком. Но закончить школу не пришлось: представилась возможность устроиться на тот же завод Форда, на котором работал и отчим. Каждый день после работы Джо боксировал во дворе со своим дружком Эмси Робинсоном. Однажды парни попали в спортивный зал, где тренировались настоящие боксеры. Там набирали здоровых парней, которые в качестве спарринг-партнеров зарабатывали по нескольку центов. Джо решил попробовать свои силы. В первом же бою он побывал семь раз в нокдауне, но его все же взяли. Он боксирует медленно, осторожно, опасаясь ударить белого. Его же молотят без жалости. Но дома нужны деньги, и он приходит в зал снова и снова.

Однажды на него обратил внимание сидевший в зале преуспевающий негритянский юрист Джон Роксборо. Угадав в 17-летнем пареньке великолепные природные задатки боксера, Роксборо подозвал Джо к себе:

— Привет, парень! Как тебя зовут?

— Джозеф Луис Барроу.

— Это слишком длинно. Ты будешь просто Джо Луис.

Так началась спортивная карьера будущего чемпиона Джо Луиса. Ринг был единственным местом, где "темнокожим" предоставлялся шанс попытаться одолеть тяготевшее над ними заклятье. Но и к тем, кто пытался это сделать, окружающий мир был холодным и враждебным. Джеку Джонсону, ставшему чемпионом мира в тяжелом весе за четыре года до рождения Луиса, угрожали расправой, поскольку он все же победил "белую надежду", стал первым негром — чемпионом мира и к тому же осмелился жениться на белой. Расисты бесчинствовали — и на улицах американских городов, "отметив" триумф Джонсона убийством двух десятков негров, и под сводами Капитолия, где "отцы-законодатели" протащили билль, запретивший смешанные браки. В скрижалях конгресса США сохранилась лицемерная речь одного из авторов постыдного указа: "Ничто не может сравниться в жестокости, наглости и бесчестье с законами, которые позволили негру Джеку Джонсону взять в жены девушку арийских кровей..."

Вот почему, выпуская 17-летнего Джо Луиса на ринг, менеджер напутствовал его заповедью: "Никогда не улыбайся после победы над белым, и упаси тебя бог сфотографироваться рядом с белой женщиной". Джо запомнил эту заповедь на всю жизнь и неукоснительно следовал ей.

В самом начале спортивной карьеры "коричневый бомбардир" произошел случай, очень типичный для всего американского спорта. Да, пожалуй, и не только спорта.

1932 год. Стадион в Чикаго. Молодой Джо Луис готовится подняться на ринг, чтобы оспаривать приз "Золотые перчатки" — официальный чемпионат США среди любителей. Вдруг раздается стук в дверь раздевалки. Появление полицейских, даже когда совесть негра чиста, всегда тревожно.

— Это ты? — сухо спрашивает один из них, показывая фотографию Джо Луиса.

— Да я.

— Тогда пошли.

— Может быть, позвать тренера?

— Не надо. Все быстро уладится!

Полицейская машина с ноющей сиреной мчится в местечко Гэри, расположенное в соседнем штате Индиана. Вот и полицейский участок.

— Наконец-то! — весело восклицает шериф, потирая руки.— Уже девять лет, как мы тебя ищем...

Потрясенный юноша узнает, что его обвиняют в убийстве жены, совершенном... девять лет назад.

— Но послушайте,— заикаясь, выдавливает он,— я никогда не был в Гэри, к тому же мне всего 17 лет, и я никак не мог быть женатым в восемь лет.

Озадаченный шериф хмурит лоб. Джо отпускают, и он, радостный, возвращается в Чикаго. Он уверен, что живет в стране, где есть справедливость. В Чикаго турнир уже завершен, и в отсутствие Джо титул чемпиона в полутяжелом весе — тогдашней его весовой категории — завоевывает белый боксер. С пеной у рта кричит тренер Джо, когда узнает о случившемся:

— Тебя обманули! Новый чемпион из Гэри, и его менеджеры перехитрили нас!

Так Джо Луис впервые начинает понимать: чтобы чернокожему стать чемпионом в Америке, недостаточно обладать разящим ударом.

На любительском ринге Джо Луис провел 54 боя, из них 43 выиграл нокаутом и только 4 боя проиграл. В начале 1934 года Джо Луис переходит в профессионалы. Старательный и очень способный парень быстро добивается успеха. Уже в январе 1934 года в Питтсбурге Джо нокаутирует Ганса Лиски, по прозвищу Забияка. Публика покорена его невероятной реакцией, удивительной для боксера тяжелого веса. К тому же у Джо светло-шоколадный цвет кожи, вполне "приемлемый" для расистского самолюбия белой Америки. Джо получает первые гонорары. Мизерные, но для бедствующей семьи Барроу эти деньги, полученные за кулачные бои, кажутся чудом.

Не всегда талантливому и даровитому дано сделать отличную карьеру. Для боксера очень важно, какого он получит тренера и как научится понимать его. Луису повезло. В самом начале спортивного пути с ним работал Джек Блекберн, тоже негр, в прошлом первоклассный боксер. Несмотря на то, что Блекберн был легковесом, он частенько одерживал победы над гораздо более тяжелыми боксерами и очень редко встречался с бойцами своей весовой категории. Джек Блекберн внимательно следил за тренировками своего подопечного, верил в него, делился с ним всеми своими секретами и клялся, что сделает из него чемпиона мира.Взвешивание перед боем Джо Луис - Примо Карнера

В те времена среди самых могущественных меценатов американского профессионального ринга выделялся менеджер Майк Джекобс. Он известен не только тем, что построил зал "Медисон Сквер Гарден", но и тем, что основал "Твенти сенчюри клаб" — "Клуб двадцатого столетия". Майк Джекобс прекрасно понимал, что такое торговля и, соответственно, что такое сенсация. Как только он услышал о Луисе, подробно разузнав все о нем, о его достоинствах, пригласил его в свой клуб. Чтобы дать начинающему боксеру настоящую рекламу, Джекобс организовал торжественный поезд с салон-вагонами, пригласил туда крупнейших журналистов и спортивных репортеров и отвез их бесплатно из Нью-Йорка в Детройт, где должна была состояться встреча Джо Луиса с Натом Брауном,— правда, не чемпионом, но отличным боксером, ни разу не получившим нокаута. Луис победил по очкам, но эту победу расписали так красочно и с таким энтузиазмом, будто это был один из лучших матчей в истории бокса. Перед Луисом открылась дорога в большой бокс. Первым на этой дороге стоял экс-чемпион мира итальянец Примо Карнера.

В шестом раунде итальянский гигант был побит.

В Европе еще не могли оценить, какие силы скрыты в Джо Луисе, а Америка уже знала, что он рожден для ринга. Когда он выходил на бой, на его лице нельзя было увидеть ни одного напряженного мускула, всегда он был спокоен, даже холоден, а соперника гипнотизировал неотрывным строгим взглядом. Может быть, правы те, кто утверждал, что этим взглядом уже в самом начале боя Луис деморализовал Карнеру.

После победы над итальянским гигантом последовал целый ряд боев. Кинг Левински был нокаутирован в четвертом раунде, Макс Бэр, потерявший в предыдущем бою с Джимом Брэддоком титул чемпиона мира, сломлен тоже в четвертом раунде. Он не был нокаутирован, он просто отказался продолжать бой.

— Я знаю, что зрители заплатили по 20 долларов, чтобы увидеть эту встречу. Но 20 долларов — это слишком дешево, чтобы стать очевидцем самоубийства,— заявил он, покидая ринг.

Сто тысяч американцев, пришедшие на "Янки-стэдиум", чтобы посмотреть боксерскую встречу Луиса и Бэра, стали свидетелями рождения новой эпохи современного бокса. Впервые среди профессионалов появился тяжеловес быстрый, подвижный, беспрерывно атакующий.

С этого момента пресса лепит образ Луиса в соответствии с идеалами белой Америки. На ринге это беспощадный боец, в жизни — скромный и послушный негр, знающий свое место в обществе. Американские газеты отзывались о Луисе так: "Обычный цветной парень, тугодум и толстокожий". Зрителям спортсмена представляли стандартной фразой: "Чемпион в тяжелом весе Джо Луис, сделавший честь своей расе". Но это было немного позже, когда он уже стал чемпионом. А после боя с Бэром в 1936 году, когда Джо исполнилось всего 22 года, настало время его великих побед: титул чемпиона мира, бои со Шмелингом…Парадоксально, но именно после первого поражения Джо Луис становится подлинно национальным героем.

Луис уже считался непобедимым, "Джо — динамитом из Детройта", "коричневым бомбардировщиком", когда на теплоходе "Бремен" в Нью-Йорк прибыл из нацистской Германии Макс Шмелинг, вызвавший возмущение и неприязнь в прогрессивных кругах всего мира своими профашистскими речами. Шмелинг, присутствовавший на встрече Луиса с бывшим дровосеком, баском Паолино Ускудуном, нокаутированном в четвертом раунде, первым заметил, что Джо опускает после удара левую руку. "Мой шанс — удар правой над левой рукой Луиса",— сказал он своему тренеру. В семнадцатом раунде Шмелингу удалось осуществить свой план на глазах пораженной публики.

На следующий день газеты сообщили, что девять негров умерли от сердечных приступов, слушая трансляцию матча по радио и дикие вопли Шмелинга.

Матч-реванш состоялся 22 июня 1938 года на "Янки-стэдиум" в присутствии 70 тысяч зрителей, встретивших Шмелинга улюлюканьем. Когда он в сопровождении 25 полицейских шел из своей раздевалки к рингу, в него летели объедки, коробки из-под сигарет, банановая кожура, пакеты из-под кока-колы. Все 70 тысяч зрителей были едины в желании, чтобы этот ненавистный фашист получил как следует.

Джо Луис - Макс Шмелинг II

Любители бокса в тот вечер рано вернулись домой. "Коричневый бомбардир" извлек урок из предыдущего матча. На киноэкране ему много раз показывали, почему он проиграл первый бой. Его ошибка в семнадцатом раунде была детально разобрана тренерами.

На сей раз в квадрате ринга был уже другой Джо. Это был знаменитый Джо Луис, находившийся в прекрасной спортивной форме и имеющий перед собой ясную цель: вернуть Шмелингу долг, и причем вернуть сполна.

С первой же секунды боя Джо беспощадно бьет соперника: левой, правой, гоняет его по рингу, не давая передохнуть. Он не слышит зрителей, ревущих в экстазе: "Бей его вместе с Гитлером!" Он не видит ничего, кроме этого ярко освещенного четырехугольника и соперника, на которого он зол, очень зол. Уже на первой минуте Джо мощным ударом кинул Шмелинга на канаты, затем следует хук и тут же прямой удар в голову. И снова его кулаки барабанят по ребрам противника. И снова после сильного прямого удара Шмелинг летит на канаты. Шмелинг застонал, опустил руки, а молотки Джо продолжали колотить его, как тренировочный мешок.

У Джо нет сострадания. Ему представился удобный случай побить фашиста, и он долбит его страшными ударами, пока его не останавливает рука рефери. После сильнейшего хука Шмелинг оказывается на полу. Нечеловеческим усилием он поднимается и при счете "восемь" становится в стойку. Он в состоянии грогги, руки не держатся и виснут как плети. Он уже не боксирует, он лишь шепчет ругательства, он хочет пережить этот страшный первый раунд. Снова падает, снова поднимается и падает вновь. Его тренер Макс Мэхон выбрасывает на ринг полотенце, означающее, что сопротивление прекращается. Но рефери не признает этого традиционного жеста. Он вешает полотенце на канаты и дает знак продолжать бой. И тут Мэхон, которого безуспешно пытаются задержать организаторы, пролезает через канаты на ринг и, яростно жестикулируя, идет на рефери. А в это время Джо снова посылает немца на пол. И это уже конец. Нокаут.

Зрители, ревя что есть силы, вновь бросают на ринг все, что попадается под руки. А спустя десять минут, после того как с лица Шмелинга смыли кровь и на лице ясно проступили синяки и кровоподтеки, был провозглашен победитель. Судья-информатор объявил:

— Джо Луис победил в первом раунде техническим нокаутом и вернул себе звание абсолютного чемпиона мира!

До боя много писали о том, что это будет очередной матч столетия, однако после боя наиболее точно изменившееся мнение выразила газета "Брисбейн":

"Это не матч столетия — лишь две с половиной минуты избиения. Теперь уже ясно, что Джо — лучший в мире боксер всех времен. И ясно также, что ни у кого в ближайшее время нет шансов отобрать у него этот титул".

"Луис побеждает — Гитлер плачет!" — возвещали плакаты, развешанные в Гарлеме, чтобы воздать должное негру, который отстоял спортивную честь Америки и завоевал титул абсолютного чемпиона мира.

Перед войной Джо Луис двадцать пять раз отстаивал свой титул. Победа Джо над Максом Шмелингом, активным участником спортивных мероприятий фашистской пропаганды, членом нацистской партии, рассматривалась в США как символический удар по нацизму. Подобно другому великому темнокожему спортсмену — Джесси Оуэнсу, каждой своей победой Луис посылал в нокдаун теоретиков и практиков расового превосходства. Нацисты были в растерянности. Четыре золотые медали Оуэнса на Берлинской Олимпиаде 1936 года они "объяснили"... "особенностями строения ступни у африканцев". Когда же два года спустя Луис нокаутировал Шмелинга, фашистские кинопропагандисты пошли на прямой подлог. Они так "отредактировали" пленку, что любимец Гитлера предстал жертвой коварства Луиса.

Сержант Джо ЛуисНачинается вторая мировая война. Луиса призывают в армию и отправляют за океан. Сержант Джо Луис боксирует перед американскими "джи-ай", дает пресс конференции и учится выступать с речами. Он делает волнующие патриотические заявления, он теперь, казалось бы, стопроцентный американец.

Кончается война. Джо возвращается в США. И снова ринг. Его первый послевоенный бой против Билли Кона приносит ему 600 тысяч долларов. Но черный чемпион начинает тяготить официальную Америку: он слишком долго удерживает корону. Джо уже сделал свое дело, и власти теряют к нему интерес.

Это произошло 1 марта 1949 года. Абсолютный чемпион мира Джо Луис, публично заявил о своем решении отказаться от титула и уступить свой трон любому претенденту, который завоюет его в бою. Это была сенсация. Чемпион уходил непобежденным, и никто не знал действительной причины, побудившей его принять такое решение. Правда, через два года нужда заставила Джо снова надеть перчатки. Одержав несколько побед, он затем проигрывает Эззарду Чарльзу. Но Луис не может бросить ринг: нужны деньги.

27 октября 1951 года Джо встречается с новым кумиром белой Америки, молодым американцем итальянского происхождении Рокки Марчиано. В течение восьми раундов Джо не дает Марчиано возможности нанести ни одного точного удара. Марчиано смог это сделать лишь однажды, в девятом раунде. Но этот единственный удар решил судьбу боя. Джо уносят с ринга, куда он больше никогда не вернется.

Нищета сломила Луиса, но он еще утешается воспоминаниями о былом величии, об уважении, которое оказывала официальная Америка покладистому негру и отличному боксеру Джо Луису. Шло время, но Луис не понял эволюции, которая совершалась в сознании негритянского населения США, в сознании негритянских спортсменов. Он не смог найти свое место в рядах собратьев, боровшихся за гражданские права. В этом трагедия Джо Луиса.

Однажды группа молодых афроамериканцев бросает ему в лицо: "Проклятый дядя Том!" ("Дядя Том" — символ покорного негра, кличка прислужника белых хозяев). Это было высшим для Луиса оскорблением. Человек, победивший Шмелинга, нанесший, как говорили тогда в США, первое поражение фашизму, открывший двери некоторых клубов для игры в гольф своим чернокожим согражданам, не мог вынести этого.

Отвергнутый кумир, ограбленный налоговой системой страны, которая восхищалась им, пока были нужны его разящие перчатки, переживает тогда первое нервное потрясение, усугубленное семейными невзгодами, которое не проходит бесследно. Врачи в США даром не лечат, нужны деньги, а их у бывшего чемпиона нет, хотя, по официальным данным, он за всю свою спортивную карьеру заработал в общей сложности 4.626.721 долларов. Над ним зло посмеиваются: "Не сумел распорядиться такими деньгами... Впрочем, что с негра взять?"

Через несколько лет великий боксер стал служить простым привратником при фешенебельном казино "Цезар-Пэлас" в Лас-Вегасе — американской столице пороков и азарта. Бывшего чемпиона подобрали дельцы, движимые не состраданием, а вульгарным расчетом на то, что знаменитость послужит приманкой для мотов и кутил. В этом казино Джо Луис служил до самой смерти. Джо умер 12 апреля 1981 года.