"Босс" проиграл пари (Часть 2)

13 Сентябрь 2013. Категория: Легенды бокса

Часть 1. — Я был в Париже. Немцы только что ушли. Лично мне они не сделали ничего плохого. Они мне не мешали в моих делах. Чего ради я доставлял бы им неприятности?

Однажды, разыскивая клиента — тогда я продавал приборы для газирования напитков, — я встретил бывшего организатора боксерских поединков. Чтобы как-то продержаться, он торговал галстуками. Вместе с ним и еще несколькими вновь обретенными старыми друзьями мы организовали бокс в Париже. Среди них, а также других найденных нами лиц было несколько офицеров Свободной Франции, в том числе человек из охраны генерала де Голля.

"Босс" жестикулирует, счастливый, что может пустить пыль в глаза.

— Они заработали довольно много денег на спекуляции золотом, для чего использовали личный самолет генерала. Деньги пошли на организацию боксерских матчей и на открытие ночных баров.
Не хватало помещений. Было одно на Монмартре, которое подошло бы нам. В нем помещался центр по приему бывших узников и ссыльных. С помощью охранника генерала все утряслось. Центр превратился в прекрасный "ночной бар"...

"Босс" прыскает от смеха при воспоминании об этом неожиданном превращении.

Постепенно бокс набирает силу. Жильбер Грюнвальд выкупает акции компании Джефа Диксона. Шарли Микаэлис берется за дела "Гилд" — группы крупнейших американских фирм, поместивших деньги в новую компанию Дворца спорта. А вернувшийся из армии Жильбер Бенаим идет в предприниматели.

Вот каким образом бизнес на боксе снова становится на ноги в Париже.

"Босс" закончил рассказ о прошлом. Он тушит сигару и бросает:

— Не пройтись ли нам по парку?

Приглашение мне не нравится.

Надо сказать, что после отъезда приятеля-журналиста и его жены атмосфера стала какой-то нервной. В голову простака, каким я оказался, приходит запоздалая мысль о том, что я поступил неправильно, согласившись на эту поездку.

Как только мы оказываемся на воздухе, какой-то рефлекс заставляет меня отказаться от прогулки, сославшись на сырость. Мы возвращаемся в гостиную. Явно раздраженный, "босс", чувствуя, что "зверь загнан", переходит в наступление.

— Пассеван, я хотел вам сказать, что в нашем деле необходим такой компаньон, как вы. Мы можем договориться. С вашим профессиональным уровнем и на вашем месте вы можете помочь нам...

Так вот что скрывалось за приглашением! Гастон-Шарль Раймон выкладывает карты на стол. Мною овладевает глухой гнев.

Супруга "босса", управляющая вместе с ним спортивным залом на улице Родье, где она царит в качестве дамы-благотворительницы, присоединяется к мужу. С добродетельным видом глядя на мою жену, она роняет фразы, полные сочувствия:

— Иметь такую большую семью, как ваша, — это дорогая нагрузка. Надо думать о будущем.

За полчаса уютная гостиная превращается в ринг, на котором происходит бой. Слова звучат, как удары. Менеджер — сама вульгарность и посредственность. Он повышает тон и больше не сдерживается. Очарование от загородной прогулки исчезает вместе с гаснущим огнем в камине.

Исчерпав аргументы и терпение, мерзкий "босс" произносит слова, которые я вспоминаю снова и снова даже в поезде, увозящем нас в Париж:

— Хорошо, мы еще поговорим обо всем этом. Подумайте, когда вашему сыну будет 17 лет, нужно будет не только кормить его, но и платить за учебу, а у вас их трое. Держу пари, что через какое-то время вы будете сговорчивее.

Он встает, подбрасывает дрова в камин. Склонившись над ним, повторяет, с трудом подавляя разочарование и гнев:

— Держу пари.

Поезд. Париж. Метро. Маленькая квартира в XVIII округе. Сыновья — семи, трех с половиной и полутора лет — спят дома, с ними осталась приятельница. Ночью мне видятся кошмары, но я очень доволен, что поступил так, как хотел, так, как должен поступить честный человек. Окончание...